Подчас образуются прочные творческие союзы, альянсы единомышленников. Назову немногие всемирно известные пары и трио, и это избавит меня от необходимости вдаваться в объяснения: Эйзенштейн -Тиссэ, Пудовкин - Головня, Козинцев и Трауберг - Москвин. Подобные содружества рождали не только шедевры, ленты, снискавшие нашему кино всесветную славу. Они давали начало целым режиссерским и операторским школам, устанавливали новые принципы взаимоотношений между оператором и режиссером. Наряду с этими прославленными союзами существовали и десятки других. Пусть они не добивались столь выдающихся успехов, пусть уступали мерой таланта, но и они делали свое нужное дело в художественном, документальном, научно-популярном кино.

Режиссер по-новому смотрел на оператора, видел в нем не подручного, а равноправного союзника, верного товарища. Он уже не мог ставить сегодня картину с одним оператором, завтра - с другим. Обретя друга и единомышленника, он не желал с ним расставаться. Точно также смотрел на режиссера и оператор.

С. Эйзенштейн описал процесс совместной работы с Э. Тиссэ, удивительного взаимопонимания во всем, будь то общая идея картины или композиция кадра. Единство мышления и видения - вот что всего дороже.

«Везде и всюду в кадре мы ищем одного. Не неожиданности. Не декоративности. Не непривычности точки зрения. А только предельной выразительности.

При союзе, о котором рассказывает С. Эйзенштейн, немыслимо принижение оператора, исключено высокомерное диктаторство режиссера. Напротив, режиссер кровно заинтересован в самостоятельности оператора, в том, чтобы тот до конца выявил свои возможности, проявил свои взгляды и вкусы.